Трюдо в ноябре 1983 г. ряда конструктивных предложений об ограничении гонки ядерных, ракетно-космических и обычных вооружений и провозглашение им в феврале 1984 г. необходимости строить отношения между Востоком и Западом «на принципах недопустимости ядерной войны») приобретают в современных условиях особое значение. Это связано с важной ролью Канады в НАТО, ее участием в делах Европы (в частности, Канада участвовала в хельсинкском Совещании по безопасности и сотрудничеству в Европе, Мадридской встрече государств — участников совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, в переговорах в Вене о взаимном сокращении вооруженных сил и вооружений в Центральной Европе).

п.) . Наличие же обширных площадей, пригодных для сельскохозяйственного производства, и богатейших (еще далеко не изученных) запасов полезных ископаемых на континенте обусловили их особую роль в экономике страны. Об особенностях развития капитализма в Австралии подробнее см.: Лебедев И. А. Экономика и политика Австралии после второй мировой войны. М., 1966; Малаховский К, В. История Австралии. М., 1980.

Новый этап в развитии экономики страны внес также свои коррективы в характер инвестиционного процесса. Ускорение экономического развития Австралии, существенное расширение производственной и социальной инфраструктуры выразились в 50 —60-х годах в росте нормы накопления (см. табл. 4). Наивысшего уровня она достигла п период так называемого минерального бума второй поло-пины 60-х — начала 70-х годов, когда осуществлялись особенно крупные вложения в добывающую промышленность, в связанные с ней отрасли обрабатывающей промышленности и объекты инфраструктуры (порты, дороги, электростанции, новые города и т.

Основную роль здесь сыграли два фактора. Во-первых, снизился удельный вес инвестиций в сырье в связи с завершением в начале 70-х годов определенного этапа в освоении природных ресурсов страны. Во-вторых, еще более глубокие последствия имели экономический кризис и депрессия второй половины 70-х годов. При том что Австралия превосходила, как уже отмечалось, большинство других капиталистических государств по величине коэффициента приростной капиталоемкости, он все же несколько понизился в 50 —60-х годах, т.

В государственных капиталовложениях доля зданий и сооружений довольно стабильна, составляя в среднем около 75 %, в частных же она гораздо ниже, но сильно колеблется. Рассчитано по: Австралия и Океания. Справочник, M.. 1966; Year Book. Australia, 1964-1982. После кризиса 1974—1975 гг. в технологической структуре частных инвестиций произошел крутой сдвиг в пользу вложений в машины и оборудование. Причина, во-первых, п общем спаде инвестиционной активности и в сопровождающем его обычно сокращении нового производственного строительства.

е. фондовооруженность почти не повышалась ". Вместе с тем сдвиги в структуре инвестиций привели к тому, что увеличилась активная часть фондов, приходящаяся на одного занятого. В этом одна из главных причин того, что вырос разрыв между темпами прироста производительности труда и численности занятых, хотя абсолютный размер обоих показателей понизился. В начале 80-х годов характер инвестиционного процесса вновь резко изменился.

Резко увеличился удельный вес горнодобывающей промышленности. Кардинальных перемен в значении других отраслей не произошло. Исключение составляет обрабатывающая промышленность, доля которой упала примерно на /4 по сравнению с серединой 60-х годов. Следует отметить, что, несмотря на ускорение темпов роста промышленного производства в 50-х и 60-х годах, Австралия с седьмого места, которое она занимала по объему промышленного производства среди государств — членов ОЭСР в 1950 г.

Поэтому к структуре обрабатывающей промышленности удельный нес, данных отраслей особенно высок. Первое место со значительным отрывом занимает пищевая промышленность (см. табл. 7). Относительно велика также доля металлургии и металлообработки, деревообрабатывающей, целлюлозно-бумажной и полиграфической промышленности. Напротив, доля машиностроения (где непропорционально велика роль автомобильной промышленности) существенно ниже, чем в главных капиталистических странах.

Таким образом, второе и особенно третье направления структурной перестройки обрабатывающей промышленности в основном ориентированы на внешний рынок, который в свою очередь вносит в нее определенные коррективы. Так, упоминавшийся выше новый завод ДМХ работает на 60% своей мощности из-за трудностей со сбытом автомобилей в Западной Европе. Снижение цен на нефть в начале 80-х годов и возросшая конкуренция на мировом рынке со стороны развивающихся стран привели к замедлению темпов расширения мощностей в алюминиевой промышленности, задерживается осуществление ряда проектов в нефтехимии и т.

Правительство страны делает на них основную ставку в рамках своей политики по стимулированию развития обрабатывающей промышленности. Одновременно большое значение придается дальнейшему росту горнодобывающей промышленности. В Австралии эта отрасль имеет давнюю историю, однако ее роль резко возросла в результате так называемого минерального бума (название, которое получил стремительный скачок в освоении природных ресурсов континента во второй половине 60 — начале 70-х годов).

Согласно прогнозу, его экспорт увеличится к 2000 г. до 195 млн. т по сравнению с менее 40 млн. т в конце 70-х годов, причем экспорт энергетических углей возрастет с 3 млн. до 120 млн. т 29. Конечно, данный прогноз несет на себе отпечаток «второго нефтяного шока» 1979 г., который привлек еще большее внимание к альтернативным источникам энергии. Снижение цен на нефть в начале 80-х годов скорректировало прогнозы в сторону более медленного расширения мировой торговли углем в будущем.

1. 1980, Р. 14). крупнейшее в истории обрабатывающей промышленности страны поглощение — в 1981 г. «Острэйлиен консолидей-тед индастриз» (ОКИ) приобрела за 250 млн. долл. «Ак-мил». Эти наиболее диверсифицированные компании отрасли не только объединили свои дополняющие друг друга традиционные производства (выпуск строительных, упаковочных материалов и т. д.), но и активизировали проникновение в новую для себя область — разработку природных ресурсов, что явилось одним из мотивов их слияния .

за 500 млн. долл. компанию «Дели интернэшнл» (в основном добыча и разведка нефти и газа во многих районах Австралии). Поглощений подобного масштаба до •того в истории страны не было. Их перекрывает только более поздняя сделка БХП — «Дженерал электрик». Кроме БХП и КШР в горнодобывающей промышленности на первый план выдвигается также небольшая группа австралийских компаний, которые еще пока значительно уступают им по финансовой мощи, но чей удельный вес и отрасли в последние годы все более возрастает.

В 1980—1982 гг. число ведущих частных коммерческих банков сократилось в результате слияний с шести до трех. Первоначально слабейший из них «Банк оф Эделейд», попав в затруднительное финансовое положение, был поглощен вторым по величине банком «ОНЗ бэнкинг г рун» (ОНЗБГ) . В следующем (1981) году этот банк выступил инициатором борьбы за контроль над двумя другими банками, но проиграл в ней своим главным конкурентам.

В этой связи следует прежде всего отметить все больший отрыв от остальных финансовых группировок Австралии двух ведущих — лидером первой из них (с центром в Мельбурне) является БХП, во главе второй (базируется в Сиднее) стоят КШР и «Уэстпэк бэнкинг корпорэйшн». Третья из основных группировок — мельбурнская «Коллинс хаус» в известной мере утратила прежние позиции, но в последние годы активизировала свою деятельность в горнодобывающем секторе экономики (в частности, через «Уэстерн майнинг»), что позволяет ей обрести как бы «второе дыхание» .

Правительство либерально-аграрной коалиции (декабрь 1975— март 1983 г.), исходя из своих политических установок, поставило во главу угла борьбу с инфляцией. Основными элементами его экономической политики были: ограничение роста государственных расходов, прежде всего за счет сокращения выплат на социальные нужды; ограничение роста заработной платы ниже роста цен (для этого, в частности, сознательно использовался высокий уровень безработицы); предоставление налоговых льгот для монополий.

д. 5 Изменения в товарной структуре импорта не столь значительны, как в экспорте. Однако и в ней наблюдаются существенные сдвиги. Удельный вес в импорте продовольствия и сырья традиционно невелик, к тому же за послевоенный период он заметно сократился. По большинству видов этой продукции Австралия полностью обеспечивает себя за счет внутреннего производства. Возросла также степень самообеспеченности страны нефтью и нефтепродуктами, что отразилось в существенном падении доли минерального топлива в ее импорте к началу 70-х годов.

табл. 12), хотя они и остаются одной из важнейших его статей. Австралия импортирует в крупных размерах текстильную пряжу и ткани, бумагу и картон, стройматериалы (неметаллические), изделия из натурального каучука, черные металлы н ряд других товаров. За счет импорта покрывается свыше половины потребностей страны в химической продукции. Общий сдвиг в товарной структуре импорта в сторону технически более сложной продукции выразился в превращении машин и оборудования в его важнейшую статью.

Об этом говорит, в частности, тот факт, что наименьший объем иностранных капиталовложений в экономику страны в 70-х годах был отмечен именно в период пребывания у власти лейбористов. Лишь после возвращения к рулю управления страной либералов наметилось оживление притока капитала из-за рубежа, хотя особых перемен в экономическом положении Австралии и перспективах развития основных отраслей ее хозяйства, привлекающих иностранный капитал, не произошло.

В 1976 г. был учрежден Комитет по обследованию иностранных инвестиций, который занимается самыми различными аспектами деятельности иностранного капитала в стране и дает рекомендации правительству 20. Широко применялось правило иметь не менее 50 %-ную долю участия австралийского капитала в новых проектах по добыче и переработке сырья, хотя и не так жестко, как при лейбористах. В качестве долгосрочной цели была поставлена задача достижения 51 % доли австралийцев в капитале и большинства в совете директоров компаний, действующих в сырьевом секторе экономики.

Прежде всего это касалось ряда отраслей с большим числом занятых и весьма уязвимых с точки зрения конкуренции импорта (автомобильная промышленность, швейная, обувная и текстильная промышленность, производство бытовых электроприборов). В том же году на 12 % был девальвирован австралийский доллар. В результате этой меры, кроме всего прочего, удорожался импорт. Подобную же политику продолжило и правительство М.

По этой системе официальный курс австралийского доллара устанавливался ежедневно: определялись изменения в индексе его стоимости по отношению к «корзине» валют (база индекса — май 1970 г.) и курс по отношению к американскому доллару. Это в известной мере сбило волну валютных спекуляций вокруг курса австралийского доллара, но не сняло влияния других факторов, стимулирующих кратко- и среднесрочное движение капиталов, прежде всего разницы в уровне процентных ставок между странами.

Ранее, в 1972 г., был создан австрало-японский комитет министров, задачей которого является проведение регулярных консультаций по фундаментальным вопросам двусторонних экономических отношений. Это также особый механизм консультаций, которого нет в отношениях с другими странами. Австралия стремится к активному сотрудничеству с Японией в области торговли (несмотря на наличие здесь время от времени обостряющихся противоречий), импорта японского капитала, совместных научно-технических исследований, особенно в области энергетики, где заключен ряд двусторонних соглашений, и импорта японской технологии.

Есть признаки смещения акцента на привлечение инвестиций в ссудной форме, в частности потому, что прямые инвестиции ведут к росту степени иностранного контроля над хозяйством страны. Это становится для правящих кругов политически все более неприемлемым, особенно для лейбористов. 1. Особенности социально-политической структуры Сравнительно быстрый рост экономики и в целом благоприятная для страны экономическая конъюнктура и 60-х годах способствовали распространению апологетических концепций социального развития Австралии.

Рабочему классу и трудящимся фермерам противостоит класс буржуазии. В него входят предприниматели, в том числе крупные фермеры, высшие менеджеры и администраторы, часть лиц свободных профессий и специалистов. Австралийская статистика не дает возможности показать количественную характеристику этого класса. Определенное представление о классовом расслоении австралийского общества дают подсчеты, опубликованные в профсоюзных изданиях.

Но лейбористское руководство практически не пыталось (даже во время пребывания у власти лейбористских правительств) что-либо сделать для осуществления этой цели. Представление об идеологии австралийского лейборизма, об идейно-теоретических основах АЛП дают высказывания некоторых лидеров партии. Э. Уитлем (лидер лейбористской партии в 1967 — 1977 гг.; в 1972—1975 гг. он возглавлял лейбористское правительство), говоря об АЛП, заявил, что «название партии уже более не является для нее преимуществом» и что, «если бы ему пришлось выбирать название, которое лучше всего бы отражало цели партии, он, вероятно бы, выбрал нечто вроде «Австралийское движение за реформы»» .

Было также обещано проведение мер по ограничению свободы действий иностранных монополий в стране, провозглашена задача постепенного «выкупа» ряда отраслей австралийской экономики у иностранных компаний. Что касается внешней политики, то АЛП выступала под лозунгами полного прекращения участия Австралии в американской агрессии во Вьетнаме и проведения самостоятельного миролюбивого курса (но при сохранении «верности» АНЗЮС).

Противники лейбористов активно стремились к консолидации своих сил. В 1974 г. организации аграрной партии и ДЛП в штате Западная Австралия заключили «союз» и заявили о намерении создать единую партию. Федеральный лидер аграриев Д. Антони характеризовал это как «первый шаг на пути сплочения антилейбористских и антисоциалистических сил по всей Австралии» . В стране происходила заметная поляризация политических сил.

В конечном счете экономическая политика лейбористов, проводившаяся ими под широковещательными лозунгами «социальной справедливости», не угрожала капиталистическим устоям. Но австралийская буржуазия опасалась, что под давлением «снизу» лейбористское правительство может зайти «слишком далеко» по пути социально-экономических реформ и это может поставить под угрозу ее классовые позиции. Транснациональные (прежде всего американские) корпорации были недовольны лейбористским курсом на ограничение их свободы действий на пятом континенте.

Буржуазная печать, поддерживавшая коалицию, вела яростную антилейбористскую кампанию, апеллируя к отсталым слоям избирателей и запугивая их тем, что победа лейбористов приведет к «концу австралийского образа жизни» и к «экономическому и политическому тоталитаризму». Заслуживает упоминания, что журналисты и типографские рабочие двух крупнейших газет «Острэлиан» и «Дейли телеграф» забастовали, протестуя против клеветнических нападок на АЛП, которые публиковались на страницах этих газет .

Австралийская и западная печать характеризовала развернувшуюся предвыборную кампанию как самую ожесточенную из когда-либо проходивших в стране. «Ноябрьский переворот 1975 г.» был крупным событием послевоенной истории Австралии. До сих пор в австралийских политических кругах существуют резкие расхождения в его оценках (имеется довольно обширная литература, в которой буквально по часам прослеживаются перипетии «переворота», даются характеристики основных «действующих лиц» и мотивов, которыми они руководствовались).

В сентябре 1976 г. заместитель премьер-министра и министр внешней торговли Д. Антони выступил с резкими нападками на профсоюзы, участвующие в политических забастовках. Он заявил, что действия этих профсоюзов «подрывают доверие» к Австралии со стороны торговых партнеров и иностранных вкладчиков капитала 3 . Правительство проводило политику «обуздания» профсоюзов. Парламент принял ряд законов, ограничивающих права профсоюзов.

Либералы и аграрии получили на выборах меньше половины голосов (46,2 %) 44. Они вообще смогли удержаться у власти, только использовав — уже в который раз — возможности существующей в стране преференциальной системы подсчета голосов при выборах в нижнюю палату парламента и «особую избирательную географию». Руководство АЛП расценивало итоги выборов как свой значительный успех. Лидер лейбористов У. Хэйден заявил, что АЛП «создала плацдарм для будущей победы» 4й.

АЛП смягчила свою позицию по вопросу о добыче и экспорте урана. Если на предыдущих конференциях выдвигалось требование полного прекращения его добычи и экспорта, то теперь в платформу было включено расплывчатое положение о выполнении текущих контрактов по урану при условии недопущения разработки новых месторождений *. Было подтверждено, что в случае прихода лейбористов к власти Австралия останется в составе ЛНЗЮС (за выход из этого военного блока выступало около '/з делегатов).

Лейбористский премьер-министр призвал профсоюзы к «сдержанности» в выдвижении требований в области заработной платы. В то же время продолжалось расходование огромных средств на военные цели. Первым бюджетом лейбористского правительства предусматривалось увеличение военных расходов более чем на 10 % (в 1983/84 г. они составили 5 280 млн. долл.66). Правительство предпринимало некоторые шаги в направлении поддержания жизненного уровня трудящихся.

Австралийские правящие круги делали ставку на «американскую победу» во Вьетнаме и вообще на укрепление позиций США. в Юго-Восточной Азии. Австралийский империализм, ввязавшись в войну (Австралия помимо Новой Зеландии была единственным «западным» союзником США. принявшим непосредственное участие в американской интервенции), действовал не просто «по американской указке», хотя нет основания преуменьшать прямое воздействие США на австралийские решения, а преследовал при этом свои собственные далеко идущие цели.

Австралия признала право палестинцев создать «бок о бок» с Израилем на территории бывшей Палестины арабское государство, с которым выразила готовность установить дипломатические отношения. Относительно самостоятельный курс лейбористов вызвал определенные осложнения в отношениях Австралии со «старыми союзниками» — США и Англией. Следует сказать, однако, что в 1972—1975 гг. правительство Э. Уитлема стремилось не к ослаблению связей с Англией и США, а лишь к известному ослаблению жесткости союза с Соединенными Штатами, а также традиционной привязанности к бывшей метрополии, чтобы обеспечить себе возможность проведения более гибкой политики в изменяющемся мире.

Однако правительство Уитлема смогло лишь около 10 месяцев участвовать в реализации московских договоренностей. Сменившее его правительство Фрейзера стало проводить по отношению к Советскому Союзу курс, противоречащий духу и букве этих договоренностей. Деятельность лейбористского правительства на международной арене характеризовалась определенным реализмом, большей (в сопоставлении с его либерально-аграрными предшественниками) гибкостью и самостоятельностью.

К концу пребывания у власти этого правительства выявились разногласия между Канберрой и Вашингтоном по ряду важных вопросов. Прежде всего правительство Фрейзера, учитывая в определенной степени долговременные австралийские интересы, заняло отрицательную позицию в отношении планов администрации Рейгана, направленных на усиление военного потенциала Японии и расширение ее военного присутствия в Юго-Носточной Азии и в юго-западной части Тихого океана.

Австралийские политические обозреватели подчеркивали, что список расхождений между США и страной, которую принято считать одним из их самых лояльных партнеров, довольно велик. Правительство Фрейзера в последние годы своего пребывания у власти все более настойчиво пыталось на практике осуществлять выдвинутую им доктрину «Австралия — средняя держава», предполагавшую в первую очередь обеспечение «собственных австралийских» интересов (а они все чаще не совпадали с американскими).

Японо-австралийские отношения не ограничивались экономической сферой. Либерально-аграрное правительство стремилось к расширению политического сотрудничества с Японией. «Особые отношения» обеих стран с США рассматривались как фактор, могущий этому способствовать. Во время пребывания в Токио в июне 1976 г. М. Фрейзер заявил об «общей заинтересованности» Австралии и Японии в «присутствии» США в западной части Тихого океана 28.

В частности, сам М. Фрейзер в ходе переговоров с премьером Государственного совета КНР Чжао Цзыяном и заместителем председателя ЦК КПК Дэн Сяопином во время своего второго визита в Пекин стремился сгладить китайско-американские расхождения по Тайваню. Но если для Австралии отношения с Китаем имеют первостепенное значение, то во всем комплексе внешнеполитических отношений его самого пятый континент занимает сравнительно скромное место.

В начале 70-х годов во время первого за послевоенный период визита индонезийского президента Сухарто (февраль 1972 г.) в Австралию стороны высказывались за упрочение двустороннего сотрудничества: министр иностранных дел Индонезии А. Малик заявил, что его страна готова стать «передовым рубежом австралийской обороны». Со своей стороны австралийское (либерально-аграрное) правительство взяло на себя обязательство содействовать усилению индонезийского военного потенциала.

В начале 1977 г. оно вновь выступило с утверждениями о «советской угрозе» в Индийском океане и высказалось за расширение американо-английской военной базы на о. Диего-Гарсия. В 1978 г. правительство Фрейзера включилось в направленную против СССР клеветническую кампанию «защиты прав человека». В феврале 1979 г. министр иностранных дел Э. Пикок пытался возложить «ответственность» за обострение обстановки в Юго-Восточной Азии на Советский Союз и Вьетнам.

Следуя за Вашингтоном, Канберра по ряду важнейших международных вопросов, в том числе связанных с Афганистаном, Кампучией, Польшей, занимала позиции, враждебные СССР и всему социалистическому содружеству. Правительство Фрейзера участвовало в осуществлении «санкций» против Советского Союза. Это, в частности, выразилось в свертывании научных и культурных контактов с советской стороной. И тем не менее курс либерально-аграрного правительства в отношении СССР на протяжении пребывания его у власти не был однозначен.

В 1965 г. между двумя странами было заключено первое торговое соглашение — о взаимном предоставлении режима наиболее благоприятствуемой нации. Однако договорно-правовая и институциональная база советско-австралийских торгово-экономических связей укрепилась в основном уже в 70-х годах. В 1973 г. было подписано соглашение о развитии торгово-экономических отношений, по которому, в частности, была учреждена смешанная советско-австралийская комиссия по торгово-экономическому сотрудничеству.

он увеличился на 139%, достигнув 65 тыс. долл., а с 1971 по 1974 г. вырос еще на 69% и превысил 110 тыс. долл. Общая стоимость капитала, инвестированного в сельскохозяйственное производство, выросла с 9,7 млрд. долл. в 1951 г. до 36,1 млрд. в 1974 г. Индекс выпуска продукции за один человеко-час вырос с 54 в 1951 г. до 144 в 1974 г. (1967 г.= 100) 20. Численность занятых в сельском хозяйстве Канады сократилась вдвое — с 17,8 % трудоспособного населения в 1955 г.

В то же время в соответствии с требованиями нефтедобывающих провинций и нефтяных корпораций канадское правительство пошло на частичное изменение первоначальной редакции программы *. Несмотря на очевидные трудности, новая энергетическая программа Канады продолжает осуществляться. Первые результаты свидетельствуют о потенциальной выгодности и перспективности программы для канадской экономики. В 1983 г.

5. Специфика экономической интеграции Канады и США Важнейшие особенности послевоенной эволюции экономики Канады обусловлены активизацией процесса регионального разделения труда, которая во многом предопределила направления основных сдвигов в хозяйственном развитии страны. Объективное взаимодействие национальных воспроизводственных процессов Канады и США, усилившееся в 60 — 70-х годах под влиянием совокупности факторов (как общих для послевоенной экономики развитых капиталистических стран, так и специфически североамериканских), действует в направлении становления американо-канадского интеграционного комплекса.

— 91, в 1975 г.- 102, в 1980 г. - 99 %. Происходит сближение структур материального производства двух стран — выравниваются доли основных отраслей в ВВП и удельный вес занятых в них. Вместе с тем экономические отношения США и Канады порождают серьезные противоречия и оказывают негативное воздействие на хозяйства обеих стран. При этом основная тяжесть, естественно, ложится на более слабого партнера.